Живые воспоминания о Советском Союзе в киргизской деревне
В поселке Разансай, в этом далеком уголке бывшего Советского Союза, жизнь свелась к основам: помидорам, кукурузе, абрикосовым деревьям, козлятам. Все это есть в саду Токтокан Тилебердаевой, матери шестерых детей, которая почти 40 лет прожила в Разансае в Киргизии, гористой стране, имеющей форму клыка. Некогда она находилась на протяженной границе Советского Союза с Китаем.
Она, жительница приграничной территории, живет тем, что дает земля, черпает воду из бирюзовой речки и стирает белье в той же бадье, в какой моет внуков. Ее пенсии, 33 долларов в месяц, хватает ровно на один большой мешок муки, которого достаточно, чтобы печь хлеб в течение месяца.
Так было не всегда. До падения коммунизма и превращения Киргизии в суверенную страну Тилебердаева работала на фабрике по производству зубных щеток. Ее муж, ныне покойный, работал на строительстве гигантских электростанций, а их детей в школу отвозили на автобусе.
Но после 1991 года фабрика закрылась, оказание всех коммунальных услуг было прекращено, и экономический крах пробил болезненные дыры в жизни местных семей, сделав их иммигрантами в их собственной стране. На их умения больше не было спроса. Их прошлое было ошибкой.
«Я и вправду скучаю по Советскому Союзу, – говорит Тилебердаева, стоя в небольшом голубом фургончике, где она и ее дети спят на мягких ковриках. – Мы жили хорошо. Я работала. Получала зарплату».
Советский Союз рухнул почти 17 лет назад, но многим на дальних окраинах империи кажется, что это было вчера. Они любят вспоминать время, когда они были молоды, и когда их фабрики и заводы работали в полную мощь. Сейчас фабрика по производству зубных щеток пустует – в здании выбиты стекла – и служит болезненным напоминанием об их утраченном прошлом.
Грядут перемены. Длинную ленту дороги, которая идет через горы, связывая юг и север страны, восстановили инженеры из Китая, Турции и Ирана, а не из России. В школе младших детей Тилебердаевой учат на киргизском, а не на русском языке. С востока – из Китая, а не из России на западе – начали поступать товары, началась торговля.
Однако ничто из этого не утешает Тилебердаеву, которая тратит все время, когда бодрствует, на то, чтобы получить от земли необходимое для жизни.
Иногда ей присылает денег старшая дочь, которая работает в кафетерии в Бишкеке, столице страны. Остальное приносят козы и сад.
Ее жизнь одинока. Но она довольна компанией своих детей и внуков и говорит, что не нуждается ни в поддержке, ни в дружбе других взрослых людей.
Большинство людей в этом поселке пьяницы, говорит она. Мимолетным развлечением для них служат китайские торговцы, которых тихо ненавидят за их богатство и успех -местные забрасывают их автомобили камнями, когда они проезжают мимо.
Но не все из своего прошлого она хотела бы помнить. Ее муж украл ее, когда ей было 19 -она возвращалась с занятий в техникуме. Этот местный обычай она считает безжалостно несправедливым. Она кричала, пиналась и визжала, пока они ехали к его дому. Три раза она пыталась сбежать – и трижды ее попытки проваливались.
«Я хотела умереть», – вспоминает она, глядя на то, что осталось от того дома, в который ее привезли. Сейчас он превратился в поросшую травой лужайку со стенами, но без крыши.
New York Times
Сабрина Тавернайз
Власти.нет
|
