Письмо министра иностранных дел России Сергея Лаврова в ООН с просьбой не признавать голодомор 1932-33 годов в Украине актом геноцида украинского народа свидетельствует о глубочайшем духовном кризисе российской элиты. И, как следствие этого – невозможности развития России, как демократического и свободного государства, заботящегося о духовном росте и благосостоянии своих сограждан.

В зоне духовного бедствия сегодня находится 142 миллиона не чуждых украинцам россиян. 8% россиян, согласно статистики – украинцы.

В чем же обличает самого себя один из руководителей России?

Первый аргумент Сергея Лаврова — о том, что честный рассказ о голодоморе в Украине и признание его геноцидом против украинского народа «является намерением ввести в заблуждение международное сообщество и исказить историю», так как из-за голода в то время умирали не только в Украине, но и в России, Беларуси и Казахстане.

С этим никто в Украине и не спорит. Было бы странно, если бы Киев стал призывать Москву извиниться перед белорусским и казахским народом, как и перед своими россиянами.

Но вот покаяться перед Украиной, раз уж Россия заявила о своей правопреемственности СССР, ей просто необходимо.

Второй странный довод главы российского внешнеполитического ведомства заключается в том, что по Лаврову Украина намеренно преувеличивает количество жертв: «Украинская власть приводит цифры в 10–15 млн. жертв в Украине, тогда как общее число погибших на всей территории СССР достигает приблизительно 7 млн. человек».

На практике в Украине идет речь о 2-3 миллионах заморенных искусственно созданным голодом. Но даже эти цифры – это десятая часть погибших во время Великой Отечественной войны. Со всех братских республик, солдат, партизан, ополченцев и мирного населения –  свыше 30 миллионов погибших на фронте и в тылу.

А тут «каких-то» 2-3 миллиона человек, хоть и не было войны, и хлеб был. Просто его продавали за рубеж, чтобы закупить современное оборудование и провести индустриализацию народного хозяйства. Если по Лаврову 10-15 миллионов погибших – цифра ложная, то, сколько же человек заморить голодом за зарубежный станок – это нормально?

О странной национальной гордости великороссов, прославляющих свою родину в споре с иноплеменниками дубиной, хорошо сказал в своей статье «Как нам обустроить Россию» Александр Солженицын.

Цитата чуть длинновата, но такие уже у Александра Исаевича гениальные писательские периоды.

«Разоряя себя для будущих великих захватов под обезумелым руководством, мы  вырубили свои богатые  леса, выграбили  свои несравненные  недра, невосполнимое достояние  наших  правнуков,  безжалостно  распродали  их  за границу. Изнурили наших женщин  на ломовых неподымных  работах, оторвали их  от детей,  самих  детей  пустили  в  болезни,  в  дикость  и  в  подделку образования. В полной запущи у  нас здоровье, и нет лекарств,  да даже еду здоровую мы уже забыли, и миллионы без жилья, и беспомощное личное бесправие  разлито по  всем глубинам  страны, — а мы  за одно  только держимся: чтоб не лишили нас безуемного пьянства.

Но так  устроен человек,  что всю  эту бессмыслицу  и губление нам посильно сносить хоть и всю нашу  жизнь насквозь — а только бы  кто не посягнул обидеть, затронуть  нашу  н_а_ц_и_ю! Тут  — уже нас  ничто не удержит в извечном смирении, тут мы с гневной смелостью хватаем камни, палки, пики, ружья и кидаемся на соседей поджигать их дома и  убивать. Таков человек:  ничто нас  не убедит,  что наш  голод, нищета,  ранние смерти,  вырождение детей  — что  какая-то из  этих бед  первей нашей национальной гордости!»

Подмеченный Солженицыным цинизм россиян, видящих в чужом глазу соринку, а в своем не замечающих и бревно — все больше и больше становится главной основой российской внешней политики.

Если раньше СССР помогал прокоммунистическим режимам во всем мире еще и по идеологическим соображениям, и в этом не всегда главенствовала экономика, то в основу новой геополитический политики России положен меркантильный интерес и ничего более. Но прикрывается он высокими словами о защите гуманистических ценностей.

Куда бы мы ни посмотрели в горячих точках соприкосновения России с внешним миром: Грузия, Крым, Тирасполь – всюду мы обнаружим не столько защиту прав русскоязычного населения или национального меньшинства, сколько стратегически важный нефтепровод, военную базу российского флота или звено самого большого контрабандного пути из Азии в Европу.

Эти две вещи: неприкрытая меркантильная экономика и якобы мораль стоят в письме рядом: «Цель украинского руководства является очевидной: притянуть Российскую федерацию к ответственности и разжечь вражду между братскими народами Украины и России».

То есть, когда имущество СССР Москва забирает себе, когда вклады в Сбербанке СССР компенсирует Украина, а не Россия – это не разжигание вражды между двумя братскими народами, а историческая справедливость. А признание факт геноцида украинцев Сталиным – это разжигание ненависти.

Может быть, в мире не принято извиняться за подобные вещи, и Россия возмущена тем, что Украина требует от нее невозможного?

Вот уже 10 лет католическая церковь в лице покойного папы Иоанна Павла второго и нынешнего Бенедикта шестнадцатого приносит свои извинения за действия средневековой инквизиции и недостойных сана священников людей в наше время. Ватикан – не самое провинившееся перед человечеством государство. А римо-католическая церковь не является лидером по количеству священников педофилов, хотя среди православных, возможно, кого-то это очень и огорчит.

Но высший католический клир сейчас отчетливо осознает, что примирение народов и церквей начинается, как и примирение человека с Богом – с просьбы о прощении. Даже, если ты и не во всем виноват, а в чем-то и прав.

Если Москва действительно хочет дружить с Украиной, ей надо признать голодомор геноцидом и попросить у Украины прощения. Без подобного покаяния построить искренние и дружеские отношения двум странам будет сложно. И помочь Москве в этом должна Украина.

Говорят ли о чем-либо нынешней российской элите такие фамилии, как Булгаков, Гоголь, Бердяев, такие словосочетания, как Киевская Русь? Наверное, что «да», говорят. Но говорят они, скорее всего, о великой России.

Имеющий глаза и уши только на этом простейшем примере поймет, что эти и многие другие выдающиеся люди, которых россияне по праву считают своей гордостью, имеют самое непосредственное отношение и к Украине. Интеллектуальной, цивилизационной, мессианской мощью Россия, начиная с Киевской Руси, в заметной мере и всегда прирастала от пренебрегаемых ею «хохлов».

И именно эту мощь, подсознательно хотят вернуть себе нынешние московские правители, бряцая оружием в Севастополе и Грузии, мысленно прочерчивая и реально воюя за газовые и нефтяные пути со Средней Азии в Европу.

Двое из произвольно взятых четырех самых известных российских людей: Юрий Гагарин, Сергей Королев, Игорь Курчатов, Андрей Сахаров родом с Украины.

Разработчик российских баллистических ракет средней и межконтинентальной дальности Сергей Королев родился в украинском Житомире, воспитывался в Нежине и Одессе, учился  в Киевском политехническом институте.

Отец российского термоядерного синтеза (и бомбы) Игорь Курчатов окончил с золотой медалью гимназию в Симферополе и с таким же блеском – физико-математический факультет Крымского университета.

Каждый, кто не согласен именно с этими произвольно выбранными великими русскими фамилиями, под которыми, если поскрести, оказывается не татарин, а украинец, может проверить свой понятный ему пример.

Из писателей — Бабель, Булгаков, Гоголь ну и так далее. Из футболистов: Блохин, Бышовец, ну и так далее. Каждый второй-третий великий россиянин, помогающий Москве осмыслить свою мессианскую роль в мире, почему-то оказывается родом с Украины.

И именно Киев, в котором покоятся святые мощи былинного русского богатыря Ильи Муромца и многих других великих русских святых, теперь пугает и неистово пытается задушить в дружеских объятиях матушка-Россия. Это – тревожный симптом, говорящий, скорее, не о возрождающемся величии, а об ускоряющейся деградации России.

Украинцы, а не евреи, как это обычно бывает (хоть без евреев не обошлось и здесь), несколько веков назад философски обосновали великую российскую мессианскую идею, за воплощение которой взялся выходец из российских спецслужб премьер России Владимир Путин, правда, по-своему. Главный выразитель традиции русской религиозно-идеалистической философии Николай Бердяев окончил Киевский кадетский корпус, учился в Киевском университете.

Основатель учения о ноосфере Владимир Вернадский учился в Харьковской гимназии, был ректором Таврического университета в Симферополе. Лев Шестов (Шварцман), русский философ-экзистенциалист, родился и жил в Киеве, а не только в Москве и Риме. Многие виднейшие представители российской философии, так или иначе, имеют корни в Украине.

Поэтому Украина уже традиционно и по-братски должна помочь осмыслить России, как  ей обрести свое истинное и по праву великое место в мире. Сама Москва стараниями своего официального философа Александра Дугина кроме «Танки на Тбилиси!» придумать ничего, увы, не может. Без мягкой украинской интеллектуальной поддержки российская доктрина возвращения былого величия Кремля неизбежно заведет Москву в тупик, как завел ее в свое время правильный по сути, но насильно внедряемый коммунизм.

Первое, что должна сделать Россия, если она, действительно, хочет дружить с Украиной – так это понять, что друзья всегда равные. Без этого равноправная дружба невозможна. Москва не считает Киев равным себе. В этом – вся соль. Отсюда этот развязный тон в российских комментариях действий украинской власти. Говоря о любви и дружбе с украинским народом, Кремль постоянно угрожает Украине и обвиняет ее. То в краже газа, то Крыма.

Москва должна научиться прощать Украине непохожесть на нее, как и другим странам – тоже. Той же Грузии. Привыкнуть к мысли, что братский народ может думать, поступать и жить иначе. Только в казарменном СССР разные народы думали одинаково. Москве пора начинать учиться дружить с теми, кто думает иначе.

Это нормально. Народ, как и человек, имеет свой исторический смысл только тогда, когда он не похож на другие народы. Киев уже никогда не будет думать так, как Москва. Но пока что в Кремле считают, что иначе в Украине думает один только президент Виктор Ющенко.

Второе, что должна сделать Россия, если она искренне хочет дружить с Украиной – это отказаться от силовой риторики в двухсторонних отношениях и стать проводником украинских интересов во всем мире.

После посещений мэром Москвы Юрием Лужковым и депутатом Госдумы Константином Затулиным Симферополя, где они рассказали жителям города, что те живут на исконно русской земле – это звучит, как нечто невозможное.

Но это явно не труднее, чем примерить украинца и поляка, которые воевали между собой многие сотни лет. На Западной Украине католические поляки вырезали целые украинские православные села, а украинцы – польские. Еще несколько десятков лет назад трудно было представить, что какая-то маленькая по сравнению с Украиной Польша станет проводником интересов Украины в Европе.

Но сегодня это уже свершилось. Киев и Варшава как библейские лев с ягненком хотят мирно почивать под сенью ЕС. В 2004 году, когда во время выборов президента Украины дело чуть не дошло до гражданской войны, в Киев мирить власть и оппозицию приехал президент Польши Александр Квасьневский. А не тогдашний президент России Владимир Путин. Его почему-то не оказалось среди зарубежных гостей, которые хотели остановить надвигающееся на Украину кровопролитие.

Силой Москва никогда и ничего не докажет Киеву и кому бы то ни было еще.

Пушки не могут заставить себя любить. А вот Пушкин – может. Но он, говорят, был не совсем русский, а немножко арап. И, похоже, что Александр Сергеевич не только выглядел ужасно с точки зрения исконно славянской внешности, но и говорил, и думал иначе, чем всегда и во всем правый православный русский народ. Иноходец Владимир Высоцкий – тоже.

Почему же Кремль все время пытается уложить Украину в прокрустово ложе своих представлений о ней? Почему российские власти все время лгут украинцам и россиянам?

Официальный идеолог Кремля Александр Дугин является лидером Международного евразийского движения. Именно члены возглавляемого им движения надругались над государственными символами Украины на горе Говерла. Такая вот странная любовь к государству, которого в понимании идеологов Кремля не должно быть на карте.

Когда Александр Македонский с оружием в руках завоевал практически весь мир, Греция начала деградировать. И в конце-концов, превратилась в маленькое государство. Но идеи величайших греческих философов Платона и Аристотеля владычествуют над всем миром и доныне. Еще одна империя – Римская – завоевала полмира, и когда ее легионы дошли до Бессарабии, начался ее закат. Италия теперь – не самое влиятельное государство в мире, если не считать футбола. Но Римское право, Сенеку и Цицерона до сих пор изучают в любом университете на земном шаре. Гитлер строил великий Третий рейх силой. И проиграл.

При вполне прозрачной исторической перспективе новой силовой политики Россия, тем не менее, решилась на этот эксперимент с заранее известным результатом. Свою внутреннюю войну в Чечне, Москва теперь готова экспортировать везде, где увидит ущемление своих интересов.

Третье, и самое главное, что должна сделать для самой же себя Россия – это вывести русскую православную церковь из статуса обслуживающего российскую экспансию в ближнем зарубежье персонала. И, наоборот, прислушаться к тому, что говорит церковь. Эти истины, не новы. Отдавая — мы получаем, отбирая – теряем.

В действенности этих истин убедиться просто. Достаточно вспомнить новейшую историю. СССР отобрал у Запада страны Балтики, Восточной Европы. Но во время перестройки он их потерял. А, поневоле, но отдавший Восточную Германию Бонн, рано или поздно, ее все-таки себе вернул. Москве нужны действительно новые глобальные идеи, а не их видимость в виде угрозы применения силы. Понятно, что восстанавливать свое геополитическое величие Кремлю следует иначе.

Но как?

Москве следует разработать миролюбивую новую внешнюю политику и продемонстрировать ее в отношении своего ближайшего соседа – Украины. Это должна быть политика реального добрососедства. Действительно равноправного партнерства, чуткого учета интересов друг друга.

Раз уж мы — два братских славянских народа, тогда уж, дорогая матушка-Россия, тебе не надо поддерживать и привечать раскольников и сепаратистов в Украине, которые ее ослабляют. Российским лидерам не следует неуважительно высказываться насчет украинского президента, потому что таким образом Москва оскорбляет весь украинский народ.

На примере новых отношений с Украиной весь мир увидит действительно новую и великую Россию. Пока, как ее ни называй, единой ли, великой ли, возрождающейся или как-то еще – все та же Москва, только в профиль. Агрессивная. Наглая. Жестокая. Циничная.

На примере с Украиной у России есть шанс показать всему миру, что она видит свою глобальную миссию теперь иначе.

Но для этого Москве вначале надо осознать, что стратегическое значение Украины для России состоит именно в этом. В демонстрации своих новых глобальных подходов. А не только в магистральных трансъевропейских газопроводах, местах базирования Черноморского флота и нефтеперерабатывающих заводах. В русских танках и ракетах, которыми она снова начинает пугать весь мир, для него ничего нового нет. Тем более что производятся они так же и в Украине.

Если Россия так уж хочет новый железный занавес – она его получит, начиная от Харькова.

Украина для России может стать ее новым выходом на Запад. В прямом и переносном смысле. Не только нефтяными и газовыми дверьми, но и царскими вратами в новую более совершенную и гуманную жизнь в новом мире. Россия может стать действительно великой страной только при помощи и непосредственном участии Украины, дружественной Кремлю, но свободной от какого бы то ни было его влияния.

Украина – это тот третий путь, который сейчас судорожно ищет объятый кризисом и разделенный на Восток и Запад мир. Это полигон и плацдарм дружбы между Вашингтоном и Москвой. Мир не сможет развиваться дальше, пока две великие державы будут пытаться делить Украину.

У Киева есть вполне посильная и великая историческая миссия – прекратить на своей территории вражду двух великих держав. Чтобы на украинской земле воцарился мир двух самых великих цивилизаций: восточной и западной, а в человеках – благоволение.

Михаил Мищишин

Украинская правда